????????? ? ?????????  

 

 

 


 

Командировка

 Командировка как-то с начала не задалась. Нет, конечно, грех жаловаться, свалить с корабля в Москву поучиться в разгар подготовки к задаче К-1 - это дорогого стоит. Но тут нужно понимать расклад: хитрожопый комдив Паша, который позарез как хотел перевестись на берег (я бы даже сказал, на Берег), сделал всё, чтобы Саню в эту командировку отправить. Решал Паша триединую задачу: первое - снимал все вопросы по готовности сменщика, второе - для своего возможного будущего места службы, которое он всей тепловой мощностью своей задницы усиленно грел, давал учебную загрузку, ну и, плюс к тому, передавал с Сашей гостинцы в виде шила и рыбы для мотивации лиц, принимающих решение о его, Пашином, переводе. Была еще четвертая, шибко неафишируемая причина - Саня не так давно развёлся, квартиру оставил бывшей жене, поэтому обитал на корабле, а это, как сами понимаете, потенциально опасно в плане возможных срывов и залётов. Поэтому человеку надо давать и "размагнититься".
 Как не странно, ВПД, предписание и даже деньги выдали без проблем. Правда, механик Геннадий Геннадьевич, за личностные качества ласково называемый на корабле Гандон Гандоновичем, попробовал залупиться по поводу этой командировки, но Паша как-то сумел его обломать, и Санька в командировку выпихнул. А вот после всего этого и начались те самые незадачи: на поезд Александр чуть не опоздал, в купе попутчиками оказались противная бабка с капризной малолетней внучкой, да, ко всему прочему, обычно ходившая как часы "пятнашка", сиречь скорый поезд Мурманск-Москва N 15, безбожно опаздывал, и в столицу прибыл, когда все нормальные московские военнослужащие уже сидели дома у телевизоров.
 Мобильников в ту эпоху еще не было, поэтому Саня с автомата отзвонился дежурному по учебному центру с просьбой определить его на постой. Дежурный начал усиленно тупить и рассказывать, как можно хорошо переночевать в зале для военнослужащих любого вокзала. Но Саня был всё-таки уже капитан-лейтенантом, то есть не зелёным пацаном, и объяснил дежурному, что может так случиться, что всё, что он привез начальству в подарок, до этого самого начальства, возможно, и не доедет, из-за нежелания дежурного заниматься своими прямыми обязанностями. Удивительным образом сразу оказалось, что есть служебная гостиница, где Саше можно спокойно переночевать, а уж завтра с утра двигать на учебу.
 Скинув багаж в камеру хранения, Александр понял, что ему очень не мешало бы подкрепиться. На территории между Ярославским и Ленинградским вокзалами благоухали своими ароматами неведомые доселе для Шуры кушанья. Нет, конечно, Саня был в курсе про шаурму, и даже знал, что в Питере сии кулинарные изыски значатся как шаверма, но до сих пор у него не было случая попробовать ни того, ни другого.
 Вкусив восточной кухни, Саша направил свои стопы в метро. Уже будучи на нужной ветке, Александр остро осознал, что лучше бы он на вокзале попостился. Необратимые процессы в его желудке требовали срочного выхода наружу, но если выскочить из метро на ближайшей станции еще получилось, то вот найти заведение общественного пользования сразу не удалось.
 Понимая, что в данном случае дорога каждая секунда, Саша кинулся в какой-то двор, надеясь там найти укромное место, чтобы справить, выражаясь языком устава, свои естественные надобности.
 Двор оказался в этом плане неудачным, доминантой здесь была спортивная площадка, а прикрытых от посторонних глаз уголков наблюдалось полное отсутствие наличия. На площадке какой-то пацан сам с собой играл в футбол, и Саша, понимая, что, возможно, это его последний шанс, обратился к нему с нижайшей просьбой:
 - Мальчик, э-э-э, ты не мог бы меня отвести к себе домой? Мне, понимаешь, в туалет очень надо.
 Пацан внимательно оглядел Александра с головы до ног, задержав взгляд на звездочках и шитом крабе, махнул головой:
 - Пошли.
 Саша уже было подумал, что на этом его неудачи закончатся, но тут его ждало новое испытание. Дверь открыла девушка такой красоты, что у Сани, несмотря на все физиологические проблемы, аж захватило дух.
 Юный футболист представил его:
 - Ленка, тут каплею в гальюн надо.
 Саше очень хотелось провалиться под землю, исчезнуть, раствориться в воздухе или еще каким-нибудь способом дематериализоваться, только вот не стоять перед этим небесным созданием с такой нуждой. Небесное создание улыбнулось:
 - Ну, проходите, конечно.
 Понимая, что счёт уже идёт на секунды, Саша, скинув шинель, кашне и фуражку, бросился в обитель "белого друга".
 После облегчения выходить не хотелось, хотелось повеситься или утопиться прямо в этом унитазе, так глупо он себя еще никогда не чувствовал. Он тихонечко приоткрыл дверь, поблагодарил судьбу, что девушки в обозримом пространстве нет, и чуть ли не на цыпочках стал выдвигаться в сторону прихожей.
 Саша уже застегивал последние пуговицы, когда открылась входная дверь, и на пороге образовался в полный рост товарищ вице-адмирал. Немая сцена с обменом оценивающими взглядами продолжалась недолго. Адмиральский рык разнесся, казалось, по всей квартире:
 - Елена, ты почему меня со своим молодым человеком не знакомишь?!..
 Свадьбу сыграли через месяц, то есть во время командировки, но приказ о переводе Саши в Москву был на Севере еще до его возвращения. Кадровики от осознания, что бывают такие синекуры, даже набрались наглости и позвонили в Москву с идеей, что у них есть лучший кандидат на эту должность. В ответ им посоветовали учиться читать приказы. Комдив Паша с учебным центром пролетел как фанера над Парижем, но поскольку хитрожопость никуда деть нельзя, то в этом же году он уехал поступать в академию. Где с удивлением узнал, что в списках кандидатов у всех, за кого просили большие начальники, напротив фамилии стоял плюсик, если просили два начальника - соответственно, было два плюсика, и так далее. А Пашина фамилия была почему-то обведена в кружочек, и возле неё стоял восклицательный знак.

Кое-что о котах и неандертальских мужчинах

 Мужчины не умеют кормить котов, в них все еще сильны неандертальские представления о том, что кот обязан самостоятельно зарабатывать на питание. В средневековье, от которого Паша унаследовал образ мышления и свое твердолобое упрямство, возможно, и было принято держать кота на подножном корму, но современное общество порицает подобные воззрения. Человечество отказалось от них вместе с учением о плоской Земле и идеями о том, что если женщина не тонет в воде, то она - ведьма. Таким образом, оставляя кота без ежедневной порции свежего питания, Паша явно ударялся в мракобесие и, до некоторой степени, даже в ересь.
 Паша считает, что пока кот Жорик не доест предыдущее блюдо из миски, сыпать туда следующее преждевременно, он полагает, что это расточительство. Лена говорила ему тысячу раз:
 - Чтоб тебя так в кафе перловой кашей кормили! Подавали вчерашнее недоеденное и говорили: "Кушай, дорогой, как доешь - свежее сварим".
 Но на Пашу подобная аргументация действует слабо, он только гогочет и поступает, как привык в своем средневековье, а страдают из-за этого окружающие, особенно коты и женщины.
 Лена уехала в командировку в понедельник, а вернулась в субботу. Не успела она переступить порог, как Жорик выбежал ей навстречу, принялся громко мяукать жалобным голосом. Паша выглянул из комнаты, сказал:
 - Не слушай кота, он врет! - и загоготал.
 - Бедный котик, - пожалела Лена Жорика. - Он тебя не кормил?
 - Мяу! - с готовностью подтвердил Жорик.
 - Стукач! - заклеймил его Паша.
 Лена вступилась за Жорика, он не стукач, сказала она, а единственный сознательный мужчина в доме. В следующий раз пообещала оставить ключи от квартиры коту, а не Паше.
 - Некоторым, например, - добавила Лена, прижимая Жорика к сердцу, - ума не хватает даже в комнате прибраться.
 - Жорику тоже не хватает, - сказал Паша.
 Лена ответила, что Жорик свои носки не разбрасывает, в то время как Пашиными грязными носками можно оклеить все стены спальни, словно гобеленами. На это Паше возразить оказалось нечего.
 - Чем вы будете меня кормить? - спросила Лена.
 Оказалось, что все в доме задавались этим же вопросом с самого утра, даже Паша берег аппетит к тому моменту, когда приедет Лена и приготовит что-нибудь вкусное. Лена обозвала его лентяем и ушла на кухню, с Жориком в эскорте, начала греметь там сковородками.
 Пока Жорик хрустел сухим кормом, Лена извлекла из холодильника большой пакет с сырыми замороженными котлетами, принялась громко возмущаться. Котлеты она сама заморозила перед отъездом, предполагалось, что Паша будет их размораживать и жарить по мере оголодания, и таким образом сможет худо-бедно прожить, пока жена скитается по командировкам. Теперь оказалось, что вся ее забота была полностью проигнорирована, Лена выразила свое негодование несколькими подходящими к случаю фразами. В принципе, она подозревала, что котлеты останутся нетронутыми, так что фразы заготовила еще в среду, даже успела их отрепетировать и придумать, как будет выкручиваться Паша.
 Паша не выкручивался, он вообще никак не отреагировал, тогда Лена отправилась в комнату, чтобы визуально оценить Пашино раскаяние. Паша обнаружился в углу, за компьютерным столом, оказалось, он уже успел присосаться к компьютеру, как поросенок к свиноматке, и теперь сидел там, умиротворенный, разве что не похрюкивал от удовольствия.
 Лена вернулась на кухню, сварила картошку пюре, пожарила котлет. Морально поддерживал ее только Жорик. Он сидел под стулом, мурлыкал, терся об ногу - словом, делал все то, что по-хорошему полагалось бы делать соскучившемуся мужу. Добавляя масло в пюре, Лена даже подумала мимоходом, что где-то в своей жизни она ошиблась в выборе.
 - Хороший ты человек, Жорик, - сказала она коту. - Сейчас будем ужинать, готовь внутренний мир.
 Жорик не заставил себя упрашивать, его внутренний мир был готов к приему пищи с рождения. Весь сухой корм, который он успел к этому времени в себя утрамбовать, был только легкой разминкой перед ужином. Пока Лена наполняла тарелку картошкой и выкладывала сверху котлеты, он плясал у ее ног какой-то матросский танец. Потом Лена отправилась с тарелкой в руках в комнату, Жорик помчался впереди нее, на ходу изображая не то краковяк, не то лезгинку.
 В комнате Лена оставила тарелку на журнальном столике, для Паши. Паша целиком ушел в компьютер, наружу торчали только кончики ушей.
 - Ты, конечно, не заслужил, - сказала ему Лена, - но сначала я тебя накормлю, а потом уже буду калечить. Садись и ешь.
 Паша сказал, не отрывая глаз от экрана:
 - Угу, - и Лена ошибочно предположила, что ее слова были услышаны и поняты.
 Она отправилась на кухню за своей порцией. Положила себе картошки и котлетку, потом подумала и положила еще одну, потом решила, что две котлеты - это много, и одну вернула на сковородку, потом еще раз подумала и поняла, что мяса хочет больше, чем картошки, и взяла котлету обратно, а часть картошки переложила назад в кастрюлю. Потом нарезала зелень и украсила котлеты петрушкой. Наконец, удовлетворенная результатом, понесла тарелку в комнату.
 Паша все еще сидел, уткнувшись в монитор, ужин тем временем был в полном разгаре. Давясь и выпучивая глаза, Жорик торопливо загружал в себя остатки Пашиных котлет. Завидев Лену, он отодвинул тарелку лапой и всем своим видом выразил недоумение: "Как я тут оказался?.. И откуда во мне эта котлета?.." На всякий случай он поспешил спрятаться под диван.
 - Ах ты, свинтус! - воскликнула Лена.
 Паша вздрогнул, начал было что-то говорить в свое оправдание, к тому времени, когда он понял, что Лена ругала кота, она уже переключилась на самого Пашу. Лена сказала, что это Паша виноват в том, что кот докатился до воровства. Безусловно, на преступный путь Жорика толкнули дурные манеры, внушенные котику Пашиным обществом. Вот пусть теперь Паша сам идет и берет себе чистую тарелку, в которой не было кота, и последнюю котлету со сковородки, и пусть все это послужит ему уроком. Паша так и сделал.
 После ужина Жорик вышел из-под дивана, потерся об ногу Лены, принес какие-то невнятные извинения, ссылался на голод и просил снисхождения. Лена погладила его между ушами и простила. В конце-концов, кот хороший, предыдущих судимостей не имеет, да и действовал без злого умысла, под влиянием эмоций.
 Непрощенным остался один только Паша, он слопал свою котлету, а потом сказал:
 - Лен, загляни за занавеску.
 Лена сделала, как он просил, и обнаружила на подоконнике плюшевого сиреневого слона. Небольшого, не в натуральную величину, а в масштабе 1:20. Паша сказал:
 - Это тебе.
 Неандертальские мужчины, возможно, пренебрегают своими обязанностями по отношению к котам, но они все-таки не настолько плохие, как пытаются казаться. Лена сказала:
 - Какой клевый!
 И простила Пашу. Он, конечно, лентяй и манипулятор, но...
 Кто еще притащит в дом собственноручно добытого слона? Пусть и не в натуральную величину.

                                                                          назад

 

Я теперь, как собака, злая,
Без причины на всех ору...
Ну зачем же тогда зашла я
В "Одноклассники точка РУ"?
Тень сбежавшего, нахрен, счастья
Заслоняет дверной проём.
Я хотела вспороть запястья,
Когда стала читать о нём!
Лучше уж не читала я бы,
А то сердце теперь болит...
Отчего же, скажите, бабам
Так хронически не фартит?!
С той поры я ругаюсь матом,
И бухой ухожу в астрал:
Я ему не дала в десятом...
А он, сука, банкиром стал!..
Я спросил у ясеня, "где моя любимая?"
Ясень не ответил мне, голову склонил.
Я спросил у тополя, "где моя любимая?"…
Ты б еще у тумбочки, идиот, спросил!